Состав и принципы жанровой классификации фольклора уральских казаков

Общую родовую, видовую и жанровую классификацию казачьего фольклора провести не трудно. Устное творчество яицких казаков – часть общерусского фольклора. Оно возникло и развивалось на общерусской фольклорной основе, на ее поэтических традициях и жанрах. Местный народный репертуар состоит из произведений общерусских и общеказачьих, но много в нем и собственного, что касается уральских казаков и создано ими. Самобытность же проявляется, прежде всего, в тематике, отразившей своеобразные условия исторической, социально-экономической жизни, сформировавшей нравственно-бытовые устои, казачье мировоззрение, мироощущение и их духовную культуру. Особенности языкового стиля и говора, своеобразная манера исполнения произведений — другая сторона специфики их устного творчества. Отметим также, что исконными творцами, исполнителями и хранителями фольклора в казачьей среде являются в основном мужчины.

Ведущее место в казачьем фольклоре занимает песенное творчество. Тематическое богатство и поэтическая система настолько разнообразны, что значительно затрудняют жанровую классификацию песен. Порою крайне затруднительно отнести к определенной жанровой разновидности ту или иную песню, поскольку в ней совмещены признаки нескольких жанровых особенностей. Например, песни «Как не ясные соколики солеталися», «Утва», «Уж как шли-прошли наши батеньки-казаченьки» – исторические. Однако в результате их длительного бытования исторические реалии в них смыты. Песни получили обобщенно-эпическое звучание, с широким использованием лиро-эпических средств поэтического языка и стиля. Из исторических они трансформировались в лиро-эпические. Ряд исторических песен стоит на грани исторических и лирических, исторических и социально-бытовых, обличительных, сатирических. Песни «Яик, ты наш Яикушка», «Уж раздолыще мое широкое», «Как один-то, один у отца у матери, все один-единый сын» по содержанию – социально-бытовые. Но обобщенное эпическое начало превалирует в них. А торжественная мелодия придает им гимновое звучание. Их стоит отнести по форме к лиро-эпическим с социально-бытовой тематикой.

Типологический метод жанровой классификации песен, в основе которого лежит расчленение систем объектов и их группировка, позволяет более определенно классифицировать их. Такой принцип строится на учете тематики, сюжетности, композиционных особенностей, системы изобразительно-выразительных средств – поэтики, мелодического строя песни и ее функциональности. Исходя из этого мной была принята следующая классификация собранного материала: песни эпические, лиро-эпические, исторические, лирические любовные, социально-бытовые, сатирические, шуточные, плясовые. Но и при этой классификации в жанровой приуроченности песен допущены отступления, которые оговорены в «Комментариях». Например, в одном ряду помещены песни «Как во 75-й год в заточеньи был народ», «Ой, вы любезные мои, друзья-товарищи», «Ты, долина ли, ты ль, моя долинушка» – все они на одну тему и связаны с событиями на Урале в 1874-1875 гг. Но первая – историческая, а две последующие – формально-лирические. Оправдано это тем, что подобные отступления допускаются фольклористикой. Песни разинского цикла объединяют наряду с двумя группами исторических третью группу – лирических.

В жанровой классификации песенного творчества необходим учет музыкального своеобразия казачьих песен. Музыковед В.М. Щуров отмечает характерные черты мелодического стиля собственно уральского песенного творчества. Наиболее ярко проявляется характер многоголосного распева в редчайших теперь эпических песнях «Илья Муромец и Добрыня на Соколе-корабле», «Добрыня и Маринка», «Под сыр-матерым дубом», в лиро-эпических «Как не ясные соколики солеталися», «Вот как шли-прошли наши батеньки-казаченьки», «Во бурочке, во черкасочке», «Уж раздольице мое широкое». Типично уральскими по напевам он считает лирические социально-бытовые: «Не один казак гулял», «Полынушка», «Вы прощайте, отец с матерью родные», «Тошно рыбушке сидеть во сетке». Самобытны в отношении напева лирические песни: «Собирались только хорошеньки», «Ты гуляй, гуляй, гуляньице мое», а также поздние по происхождению социально-бытовые, воинские, плясовые: «Прослужил казак три года», «Урал наш быстротечный», «За Уралом, за рекой казаки гуляют», «Молодцам казакам весело нам жить», «Ой, ты Лиза, Лизавета», широко бытующие в казачьих областях, южнорусских и западнорусских селах.

Традиционные эпические, лиро-эпические и лирические протяжные песни уральских казаков отличаются большой распевностью. Широта, объемность песенной композиции в ряде случаев усиливается, усугубляется благодаря повторению хорового раздела, как в песне «Во бурочке, во черкасочке». Широта дыхания, монументальность музыкального мышления – все это весьма привлекательные качества уральской песенной классики. Особую красочность мелодическому изложению придает развитость ладовых средств, широкое применение различных форм ладовой переменности.

По музыкальному стилю песни уральских казаков сочетают признаки контрастного многоголосия с двухголосной основой и ленточного многоголосного распева, когда голоса движутся главным образом параллельно. Основная мелодия распределяется между нижними голосами, которым противопоставляется звонкий высокий подголосок. В этом отношении песни казаков-уральцев сродни донским, терским и шире – южнорусским. В то же время уральцы имеют и свою особую, чисто местную манеру, проявляющуюся преимущественно в песнях старого, традиционного стиля.

Хоровому разделу предшествует сольный запев – волевой, решительный, с богатым использованием орнаментики, острых пунктирных ритмических фигур, опирающихся на энергичные квартовые и квинтовые интонации. По настроению запев обычно своеволен, свободен, решителен. Хоровой раздел более спокоен, ритмически уравновешен, строг. В то же время и в нем присутствует упрямый, непреклонный пульс, выражающий сдержанную могучую силу. Большая синхронность голосоведения даже при исполнении мельчайших мелодических и ритмических фигур отражает специфику многоголосного распева в среде уральских казаков. Напев строится на комбинировании и варьированном повторении родственных мелодических оборотов, как бы типовых. Причем сходные мелодические построения можно встретить в разных песнях. Особенно сходны между собой заключительные образования – концовки. По своему облику такие характерные ходы во многом определяют своеобразие уральской казачьей песенности.

Обсудить в форуме


Автор:  Коротин Евгений Иванович

Возврат к списку